Глава 4. Мощь Демасии.

  Перед тем, как отправиться назад в Ноксус, Катарина решила-таки вернуться за отчетом в Каламанду. Она собирается устроить скандал с Верховным Ноксианским Командованием, а потому сама должна выглядеть идеальной исполнительницей и преданной гражданкой Ноксуса. Ни к чему давать Командованию повод для предъяв, который они так же могут использовать, чтобы указать Катарине на ее, якобы, некомпетентность… Все-таки как же грязно играют. Подумав об этом, Катарина цыкнула…
  — Давно не виделись, — поздоровался с ней некий мужчина, прервав ее размышления. Катарина оглянулась на обращавшегося, но она и так знала, кто это был. Узнала голос. Один из сильнейших воинов Демасии, чье благородство внушает трепет в сердца демасийцев, а воинская доблесть вызывает уважение у ноксианцев… Чемпион, что носит прозвище Мощь Демасии, Гарен Краунгард.
  Катарина вздохнула и негромко, но отчетливо произнесла:
  — Еще бы столько же тебя не видела…
  — А ты все так же язвишь без причины, — усмехнулся Гарен.
  — А ты все так же раздражаешь без причины. Если у тебя нет ко мне дела, то сдуй с глаз моих. Кш, кш, — отмахивалась Катарина, как бы прогоняя надоедливое насекомое.
  — У меня есть дело. Мне нужна помощь кое с чем, а до меня дошли слухи, что тебя можно найти в Каламанде…
  — Я здесь была позавчера и то недолго! Твою ж… — выругалась наемница. — И какой Призыватель дернул меня вернуться…?
  Катарина в гневе начала чесать голову, после чего обратилась к Гарену:
  — Так у тебя ко мне дело?
  — Да. И дело в том, что…
  — Как мило. А теперь исчезни, — оборвала мечница.
  — Я даже сказать ничего не успел! — опешил Гарен.
  — Не волнует.
  — Хотя бы выслушай…
  — Зачем?
  — Может, тебе это тоже выгодно будет…
  — Все, что связано с тобой, не может быть выгодно. И вообще я тебя ненавижу.
  — Ты всех ненавидишь…
  — Поздравляю, ты мой единственный… — мягко произнесла Катарина и сделала паузу, после чего продолжила уже в своей обычной, дерзкой манере разговора: — Единственный демасиец, которого я ненавижу больше остальных. А теперь иди и спрыгни со скалы.
  — Ты когда-нибудь перестанешь язвить?… — вздохнул Гарен.
  — На твоих похоронах. Еще и «спасибо» скажу.
  — Да послушай же. Тебя подставить хотят.
  На короткое время повисло молчание.
  — Чего? — до Катарины так и не дошло то, что пытается сказать Гарен.
  — В небольшом селении не очень далеко отсюда произошло три убийства. И улики…
  — Это не я, — спокойно возразила Катарина. — И подтвердить это может куча народу, включая Призывателей. Я молчу про Сону, что в последние дни пристала ко мне сильнее, чем неудачник, брошенный в клей Синджеда. Так что касаться меня это не должно никак, — высказавшись, оглянулась. Она не успела отойти далеко от ноксианского лагеря прежде, чем ее встретил Гарен, и люди оттуда начали обращать внимание на их перепалку. Ее это беспокоило: слухи ведь пойти могут… Гарен:
  — Я понимаю, но люди все равно будут считать иначе…
  — А мне какое до этого дело?
  — Дело в том, что…
  Катарина поняла, что он не собирается заканчивать разговор.
  — Ладно, я выслушаю тебя! — перебила она. — Только давай отойдем подальше от деревни.
  — А… Хорошо…
  Катарина жалела, что позволяет себя уговаривать, но более терпеть на себе взгляды она не хотела. Гарен кивнул головой в сторону, указывая направление, и пошел. Катарина следом. И какой бы соблазн воткнуть ему клинок в спину она не ощущала, позволить себе подобное не могла. Связана договорами: ни у Гарена, ни у Катарины нет прав на убийство друг друга. Да и – хоть наемнице и было стыдно это признавать – шансы у нее против Мощи Демасии даже с учетом внезапного нападения очень невысоки, что неоднократно доказывалось их стычками. Катарине каждый раз удавалось уйти, но лично она считала, что была вынуждена позорно отступать, не просто не добившись цели, но даже и не нанеся этому воину ощутимого вреда. И это одна из причин, за что она настолько сильно его ненавидела: Гарен, несмотря на то, что всегда имел преимущество над Катариной в бою, постоянно искал возможности встречи с ней в сражении…
  То есть преследовал почти как сталкер

  Гарен привел Катарину к чьей-то личной ферме. Недалеко отсюда остановился транспорт, на котором он доехал сюда. Девушка подошла поближе к забору, развернулась и оперлась на него. Ни Каламанду, ни лагерь отсюда не было видно, так что это место должно было вполне устраивать ее.
  — Давай, выкладывай, что там у тебя? — обратилась наемница.
  — Недалеко на западе отсюда есть небольшое селение, — начал Гарен, — Большая часть его населения – демасийцы, и фактически оно находится под опекой Демасии…
  Гарен не стал пояснять детали, они и так были всем известны. На западе от Каламанды живут демасийцы, но востоке – ноксианцы. Не абсолютно, конечно, бывает, что и ноксианцы живут в демасийских селениях, и демасийцы – в ноксианских. Как правило, такие переселенцы появляются из-за душащих обстоятельств со стороны городов-государств: чрезмерно строгого законодательства Демасии и практически полного беззакония на территории Ноксуса. Встречаются также люди и из других городов, а некоторые имеют даже полноценные поселки, но подобное уже редкость…
  — …Ну так вот, — продолжал Гарен. — Недавно в этом селении начали происходить убийства. Наши люди пытаются найти виновного, но пока безрезультатно… А меж тем сегодня утром произошло уже третье… Все убитые – демасийцы, и на каждом месте преступления найдено вот это, — Гарен достал нож, напоминающий тот, что обычно метает Катарина, дал его девушке, она тут же начала его рассматривать, и продолжил: — Ты, думаю, понимаешь, что это значит. Люди считают, что эти преступления совершаешь ты. Самое плохое то, что у нас нет своих опытных следователей поблизости. Мы, конечно, отправили запрос в Демасию, но кто знает, сколько времени пройдет, прежде чем приедет специалист. Убийца наверняка успеет затаиться. Иными словами, нам нужно приступить к расследованию прямо сейчас.
  — Ну и что требуется от меня? — спросила наемница, закончив изучать клинок.
  — Я хочу, чтобы ты помогла нам найти виновного…
  Судя по всему, Катарина не поверила в то, что услышала.
  — Э? Прости, что? — начала придуриваться она, утрировано ковыряясь в ухе. — Кажется, я плохо расслышала. Ты серьезно хочешь, чтобы я выслеживала убийцу?
  — Я понимаю, что просьба необычная, но…
  — Забудь! — отрезала Катарина. — За кого ты меня принимаешь? Меня люди нанимают, чтобы убивать, а не выслеживать других убийц. Да и вообще, мне какое дело до убитых демасийцев? По мне, так это повод радоваться, что ваше поголовье сократилось, хоть и ненамного.
  Эти слова Гарена задели: «Как можно относиться к человеческой жизни настолько легкомысленно?» Но подавать виду он не стал: если даст себя уязвить, то о помощи может забыть. Он вдохнул, выдохнул и попытался воззвать к благоразумию собеседницы:
  — А если бы убитые были гражданами Ноксуса?
  — Пф, — Катарина скрестила руки. — День в Ноксусе прошел зря, если на следующее утро в городском рву не обнаружится пара лишних тел.
  — А вас там совсем, что ли, анархия?!
  — Свободное общество, — поправила Катарина. — У каждого из нас есть свободное право убивать других.
  — Это прямое нарушение свободы другого человека!
  — Те, чьи свободы, как ты говоришь, нарушены, не жалуются, — пожала плечами наемница. — Так что не вижу проблем.
  — Еще бы они жаловались!
  — Хм… — задумалась Катарина. — Если так уж хочешь, то можно поискать, и, уверена, мы сможем найти опытного некроманта, после чего поднять и спросить их…
  — Это осквернение тел умерших!
  — Ну… сами умершие заявить об этом не в состоянии. Как и ваши демасийцы. Иначе поиск преступника не был бы проблемой, не правда ли?
  Гарен собирался было продолжить, но упомянутые убиенные демасийцы напомнили ему о цели его обращения к Катарине, которую, к стыду своему, он почти утерял. Он сделал глубокий вдох, собираясь с мыслями…
  — Даже не прокомментируешь никак? — удивилась наемница. — Фи… Какой ты скучный…
  — Послушай… — Гарен стал серьезнее. — Раз не желаешь помогать другим, то сделай это хотя бы ради меня.
  — И с чего бы мне помогать тебе? Я говорила до этого, скажу еще раз: я тебя ненавижу. Ты мне постоянно доставляешь кучу хлопот. Причем часто лишь одним только фактом своего существования. Так что чем меньше я с тобой связываюсь, тем лучше. Если это все, то я ухожу, — собралась Катарина.
  — Ну, может, я смогу как-то этому помочь сейчас? — все пытался уговорить мечницу Гарен.
  — Ты уже и так в свое время помог предостаточно. Так что лучше просто оставь меня.
  — Я что-то сделал не так? — недоумевал Краунгард.
  — Да! Со своей тягой к сражению со мной ты преследовал меня словно ревнивый муж!
  Гарен не понимал, почему Катарина начала заводиться, и решил не спорить:
  — …Если этим доставил тебе неудобств, то извини…
  — «Неудобства»? «Извини»? Да ты, знаешь ли, не один день мне испортил! И это все, что ты можешь сделать? Сказать «извини»? Ты хоть знаешь, через что мне пришлось пройти? Мне, фактической главе одного из влиятельнейших домов Ноксуса! Меня полгорода дразнило, называя твоей невестой!
  — Знаешь… обижаться на это как-то… по-детски… — вставил свой комментарий Гарен.
  — Заткнись! — отрезала Катарина, бросив в него три своих метательных ножа. Один, что мог задеть ему лицо, он поймал, второй – срикошетил от брони, третий – воткнулся в наплечник. Гарен окончательно растерялся: Катарина стояла перед ним с полностью красным лицом, и Краунгард не имел абсолютно никакого понятия, почему, собственно, она настолько зла…
  — Ты даже не представляешь, насколько это позорно, занимая высокое положение в Ноксусе, быть связанной с кем-то из демасийцев, — все негодовала девушка. — Слухи гуляют до сих пор!
  — Но я же их опроверг… — осторожно парировал Гарен.
  — Сплетникам без разницы, — ответила Катарина по-прежнему резко, но уже чуть спокойнее. Какое-то время стояли молча. Гарен воспользовался этой паузой, чтобы выткнуть нож из наплечника и подумать. Он не знал, что ему нужно сказать, дабы не усугубить положение, но при этом склонить наемницу к тому, чтобы она помогла с расследованием… Но кое-что не давало ему покоя: какие бы аргументы не приводила Катарина, Гарену казалось, что ничего особенно дурного не произошло. Просто была задета гордость девушки, только и всего. Проблема лишь в том, что Катарина чрезмерно горда. «Лишь»…
  — Слушай… — осторожно начал Гарен. — Я понимаю, что тебе пришлось мириться с насмешками и, вероятно, перешептываниями, — он говорил медленно, тщательно подбирая слова и стараясь не брякнуть лишнего, — но я все же думаю, что ты придаешь этому… несколько большее значение, чем стоило бы.
  — А я думаю, что ты лезешь не в свое дело, — хоть Катарина и ответила грубо, не было похоже, что она вот-вот снова выйдет из себя, потому Гарен продолжал:
  — Если слухи – единственное, что тебя беспокоит, то я использую любую возможность, чтобы развеять их… И если ты мне поможешь, то приложу все усилия, чтобы пресечь новые…
  — Намекаешь на то, что если я тебе не помогу, то эти слухи продолжатся? — косо посмотрела Катарина на Гарена.
  — Нет, это не то, что я имел в ви…
  — Сдохни! — в этот раз наемница швырнула в него уже свой клинок. Гарен закрыл лицо руками, так что клинок срикошетил от пластин на его руках, подлетел в воздух и приземлился за воином, воткнувшись в землю позади него.
  — Разговор окончен, — произнесла девушка. Гарен, убрав руки от лица, собирался разговор таки продолжить, но Катарины уже не было на своем месте. Он начал оглядываться и не сразу, но все же увидел ее: наемница была на территории фермы, вытыкала из земли свой клинок. Но она была не одна…
  — А НУ ВОН ОТСЮДА! — крикнул на нее старик, нацелив на нее хекстековое ружье. «Хозяин фермы? — подумал Гарен. — Почему он вооружен?… Ах, ты ж…!» Ему было уже некогда думать об этом. Он понял, к чему все идет.
  Гарен ловко для своих немалых габаритов перемахнул через забор, вытаскивая свой широкий меч из-за спины, и побежал в надежде успеть встать между теми двумя. Катарина уже вытащила второй клинок в придачу к выткнутому из земли и стояла в ожидании. Гарену показалось, что она улыбалась. Раздался выстрел…
  Мощь Демасии стоял одной рукой обхватив Катарину и прижав к себе так, чтобы полностью заслонить от выстрела, другой – держа свой меч, закрывая значительную часть своего собственного тела. Он держал оружие вертикально, лезвием вниз так, чтобы гарда его меча закрывала голову. Он не знал заранее, чем было заряжено ружье, потому не хотел в буквальном смысле рисковать головой, но отдача не была особо сильной, потому вряд ли выстрел нес явную угрозу человеческой жизни. Тем не менее это нападение на человека… И защищал Гарен не Катарину… А этого старика.
  — Мы приносим свои извинения. Мы уже уходим, — спокойно и уверенно говорил Гарен. — Тем не менее, я вынужден предостеречь вас от использования оружия. Это может небезопасно и в первую очередь для вас. Благодарю за понимание.
  Старик разинул рот от изумления. Некую вторженку защитил демасийский солдат, причем сделал это быстро и четко… Судя по всему, он не узнал в нем чемпиона, но исходя из того, что произошло, понял, что солдат этот не обычный. Соответственно, и девушка тоже… Старик кое-как собрался, кивнул и поспешил ретироваться подобру-поздорову.
  Катарина же поняла, в каком положении оказалась сама. С силой толкнув Гарена, она отстранилась от него. Воин заметил, что у девушки снова было покрасневшее лицо.
  — Придурок… — произнесла она и, предварительно убрав свое оружие, поспешила покинуть территорию фермы, перемахнув через забор. Гарен убрал свой меч назад за спину и отправился за ней.
  Катарина уверенно шла куда-то, но спустя время остановилась и повернулась к Гарену. Ее лицо было по-прежнему красным…
  — Вот почему ты меня раздражаешь… — произнесла она. — Что ты, что вся твоя Демасия… Всюду лезете со своими тупыми законами, лицемерным человеколюбием… А всякие полоумные будут в других стрелять…
  — Но ты бы его убила…
  — Конечно бы, убила! И имею полное право! Я всего лишь пошла за своим клинком, что по недоразумению оказался на его территории, а он наставил на меня ствол и нажал на курок! Даже по вашим абсолютно полоумным демасийским законам я имею полное право на убийство напавшего! Плюс авторитетный свидетель в твоем лице. Никто бы не прикопался, а в Рунтерре стало бы на одного психа меньше!
  Гарен промолчал. Катарина была права. Одно дело, если бы выстрел не состоялся, но уже после выстрела, целью которого являлась именно она, у нее появляется абсолютное и неоспоримое право на самооборону. А Гарен ни в коем случае не стал бы врать об увиденном. Даже если тот выстрел не был потенциально смертельным, нападение на человека есть нападение на человека. Как бы горько не было Гарену признавать, но в данном случае виноват именно тот дед.
  — Почему ты все проблемы решаешь только так?… — вымолвил Гарен. Вопрос был риторическим, но Катарина ответила, причем своей излюбленной фразой:
  — Потому что насилие решает все.
  — Но…
  — Гарен! Если людей за глупости будут убивать, то рано или поздно не останется людей, которые будут делать эти глупости! И все будут счастливы, и никакие законы не будут нужны!
  Катарина вспылила, но, видимо, поняла, что ничего хорошего из этого не выйдет, вздохнула, успокоилась и продолжила уже спокойным тоном:
  — Все ваши никчемные идеалы, законы – отличная защита для слабаков и неудачников, что могут весьма удачно сесть на шею вам и вашей хваленой Демасии. Более того, они могут пользоваться лазейками в тех же самых законах, чтобы плести интриги и добиваться положения, которое они не заслужили.
  — У вас тоже постоянно плетут интриги, — парировал Гарен.
  — По крайней мере, мы этого не отрицаем! У нас не верят никому, ни в кого, каждый добивается своего положения сам, своими силами, не полагаясь на уловки вроде лазеек в законах, потому слабаки у нас выжить просто не могут. Да, у нас общество гнилое. Но не имея сил или не умея выкручиваться заработать положение и деньги в Ноксусе невозможно. Ваше же общество мало того, что такое же гнилое, так еще и лицемерное к тому же. То, что у вас называется «Правосудием Демасии», — Катарина поставила воздушные кавычки, — у нас называется казнью… И вообще, если уж на то пошло, то я сама не в восторге от всех этих интригоплетунов. Поубивала бы их всех давно, если бы возможность имелась…
  — Но твоя же сестра одна из них…?
  — Вот ее бы как раз убила в первую очередь!
  — Как так можно относиться к родной сестре?…
  — Спрашивает тот, кто шарахается от своей родной сестры, — скрестила руки Катарина.
  — Не шарахаюсь… — произнес Гарен… Солгал. Катарина попала в самую точку. Гарен избегал свою сестру Люксанну. Он просто не мог принять ее призвание в магии… Он в принципе, как и любой другой демасиец, не любил магию и всех, кто с ней связан.
  — Если я тебе о себе правду открою, меня ты тоже сторониться начнешь… — сказала Катарина как-то задумчиво.
  Гарен собирался ответить, но девушка его перебила:
  — В общем. Мне надоел этот фарс. У меня куча дел в Ноксусе, а ты меня задержал более чем достаточно. Уж извини, но твои проблемы и проблемы других демасийцев мне глубоко побоку. Так что всего наилучшего…
  Катарина собралась уходить, но Гарен, отчаявшись хоть как-то ее убедить, произнес то, что, судя по всему, ее заинтересовало.
  — Повтори, — спокойно попросила она.
  — Я заплачу… — негромко, но разборчиво повторил Гарен. Катарина задумалась. Через некоторое время начала улыбаться. И чем больше времени проходило, тем шире становилась ее улыбка. Гарен понимал, что улыбка эта не предвещает ему ничего хорошего…
  — Просто уточняю, — обратилась Катарина к нему, — согласно демасийским законам за три убийства светит смертная казнь, правильно ведь?
  — …Да, — нехотя ответил Гарен. Он догадывался, к чему все идет. Катарина еще какое-то время подумала…
  — Хорошо, — закончила-таки она размышлять. — Но тебе это дорого обойдется, и у меня будет ряд условий. Я принимаю у тебя заказ на убийство. Иными словами, когда я найду преступника, я его убиваю. Твоя же задача в этом случае обставить все так, чтобы я осталась чистой в глазах демасийского правосудия…
  — Но… — начал было Гарен, но Катарина его перебила:
  — Тебе-то какая разница, кто его убьет, если ему так и так светит смертная казнь? Зато я буду исполнять не какую-то сомнительную просьбу тем более от старого врага, а заказ на убийство. То есть то, чем я обычно занимаюсь. И в итоге в выигрыше остаются все: я получаю деньги, и моя репутация остается незапятнанной, а эта ваша Демасия совершает правосудие над преступником. Моими руками, — Катарина немного посмеялась, после чего продолжила, не дав Гарену даже слова вставить:
  — Единственным исключением из этого правила будет тот случай, если преступником окажется ноксианец. Я не стану его убивать по двум причинам. Первая: я принципиально не хочу убивать ноксианца по заказу демасийца. Вторая: подобные убийства считаются особо тяжкими в Рунтерре, так как подрывают и без того крайне натянутые отношения между нашими городами. Причем касается это как меня, так и преступника. Если убийство трех демасийцев – дело рук ноксианца, то имеет смысл поставить об этом в известность Лигу Легенд и передать им виновника. И в этом случае я лично доставлю преступника в Институт Войны. Естественно, все привилегии и, возможно, награда от его поимки будут принадлежать только мне. Даже притом, что ты мне тоже заплатишь.
  Гарен опешил. Это условие было нечестным. Если преступником окажется не-ноксианец, Катарина его убивает и получает деньги как за заказ на убийство, если же преступник – ноксианец, то передает его Лиге, укрепляет свое там влияние, но все равно получает деньги за проведенное расследование, как если бы она выполнила заказ на убийство. Конечно, виновника в любом случае ждет справедливое возмездие, чего, безусловно, и добивается Гарен, но…
  — Ну и, наконец, оплата, — продолжала Катарина, так и не предоставляя ему возможности хоть что-то сказать. — Я наслышана, что свое жалование, за исключением совсем уж необходимого, ты каждый месяц перечисляешь на помощь бедным людям, семьям, пострадавшим от войн, и тому подобную ерунду. Так вот, в этот раз приготовься отдать деньги мне. Причем деньги за два месяца. Я не знаю, сколько ты получаешь, но, думаю, достаточно, чтобы покрыть стоимость моего обычного заказа. И да, обманывать бесполезно. При необходимости я всегда смогу узнать, сколько тебе платят…
  А платят Гарену немало. Суммы, что перешли из его кармана на благотворительность, за время его службы в армии многие считают неоценимыми. Гарену в принципе не было особого дела до денег, а помощь другим – достойное им применение. Именно поэтому его уважают не столько как умелого и храброго воина, сколько как порядочного и самоотверженного демасийца… И все-таки… Гарен понимал, что по работе и плата, но… Два месяца… Не перебор ли?
  — Если тебя все устраивает, — продолжала Катарина, — то я принимаюсь за работу немедленно. Если нет, то можешь забыть о моей помощи. Никаких торгов. Твой ответ?
  — А? — Гарен не сразу сообразил, что у него появилась-таки возможность что-то сказать. — Минуту. Дай подумать…
  — Даю пять секунд на размышление, — оборвала Катарина.
  — Подожди!… — а может и нет у него такой возможности…
  — Четыре. Три, — безжалостно считала наемница.
  — Я… это… Аргх! Согласен! — не выдержал Гарен.
  — Умница, — улыбнулась Катарина. — А теперь в путь. Полагаю, ты сюда не пешком пришел, так что давай веди меня до своего экипажа. А когда усядемся, ты расскажешь все, что вам известно об убийствах, тех, кто с ними связан, уликах и обстоятельствах.
  Гарен кивнул, промычав что-то нечленораздельное. Просто ужас, насколько эта девка смогла склонить всю эту ситуацию в выигрышную для себя сторону… По крайней мере, Катарина профессионал, в том числе и по части выслеживания. Она найдет убийцу, и Гарен в этом не сомневался… Но эти условия…
  Он вздохнул и отправился к месту отправки. Девушка – за ним.

  — Да ты хоть что-нибудь помнишь?! — ругалась Катарина. Она так не узнала многое из того, что хотела, а меж тем они почти доехали до селения…
  — Но не такие же мелочи… — негромко произнес Гарен.
  — Каждая забытая тобою мелочь могла оказаться крайне полезной зацепкой для поимки преступника!… Ар! — девушка в гневе начала чесать голову. — Какой же ты все-таки бесполезный!
  Гарен не ответил. Очевидно, признавал свою вину. С другой стороны, Катарина понимала, что слишком сильно на него давила, потому заставила себя успокоиться. Все-таки Гарен солдат до мозга костей и от подобного рода деликатной работы далек.
  — Хорошо, давай все по порядку, — решила девушка подытожить все, что узнала. — Первое тело нашли вечером три дня назад. Убита местная старушка в ее собственном доме. Тело нашли с «моим» ножом в груди в области сердца. Дверь была закрыта, но одно из окон было открытым, правильно? Саму старушку в последний раз видели на улице днем, следовательно, убили ее после того, как она вернулась домой. Полагаю, убийца поджидал ее уже будучи в доме.
  Катарина слегка потерла лоб. Она не знала, можно ли незаметно войти или выйти из дома старушки, а на память Гарена в том, что касается подобного рода деталей, полагаться нельзя. Ей нужно будет внимательно осмотреть этот дом и прилегающую территорию… Она продолжила:
  — Следующее тело нашли вчера утром. Убит мужчина средних лет, временно переехавший в селение из-за своей работы… Но откуда уверенность в том, что он из Демасии?
  — Ну… это не было для кого-либо секретом… — неуверенно ответил Гарен.
  — Хо…? Поверю тебе на слово… Тело нашли так же с ножом в районе сердца, но когда он был кровати. Обеспокоились, когда его не оказалось на работе. Скорее всего убийство произошло ночью, уже после того, как жертва уснула… Знаешь, Гарен. Я теперь сама хочу найти и убить этого урода. Одно дело, если кто-то убивает от моего имени, мне все равно. Но методы, что он использует… Убить слабую старуху в ее доме и спящего человека. Да еще и так, что тела нашли не сразу… Я ненавижу ничтожеств, что убивают настолько подло.
  — А что бы сделала ты…? — неуверенно спросил Гарен.
  — Вряд ли бы взялась за подобный заказ, — сразу ответила Катарина, словно ожидала этот вопрос. — Богатые и влиятельные люди, на кого я обычно и работаю, нечасто заказывают старух и обычных работяг. Ну а если бы все-таки взялась, то убила бы, скорее всего, тогда, когда они на виду у других людей, но так, чтобы сама не попалась в поле их зрения.
  Звучит парадоксально, но Катарина вполне на подобное способна. Ибо потрясающая меткость при метании ножей и клинков и техника шунпо. Причин же, почему девушка старается убивать быстро, зачастую – прилюдно, даже если приходиться идти на риск, хватает. Быстрее покончит с одним заказом, быстрее возьмется за новый. Раньше найдут тело – раньше заказчик об этом узнает. Ну и, если постоянно будет избегать трудностей и прибегать к уловкам, то быстро растеряет форму. Если потребуется, она будет убивать подло, в спину, но всегда ловко, качественно, полагаясь на свое мастерство, а не на какие-то трюки. То есть не так, как это делала ее сестра…
  И если бы убивала демасийцев, — продолжила наемница, — то использовала бы другие ножи или проследила бы, чтобы моего оружия не осталось на месте. Почерк меня и так выдавал бы довольно-таки сильно в этом случае, еще и прямых улик не хватало.
  В данном случае под словом «почерк» понималась манера, с которой совершенно убийство. Все-таки не так много людей в Рунтерре, способных совершить убийство близкое к моментальному и уйти после него так, чтобы очевидцы думали, что увиденное им почудилось…
  — Вернемся к нашим убиенным, — восстановила она тему разговора. — Были ли открыты окна с утра во втором случае или нет – ты не знаешь. Дверь была закрыта точно… Что ж. У меня уже есть кое-какие зацепки… Далее. Третье убийство. Убита девушка. Кто-то услышал крик сегодня ранним утром, но когда вломились в ее дом, она уже была мертва, верно?
  — Да. Тогда я решил найти тебя и сохранить место преступления таким, каким оно было найдено. Я приказал своим людям никого не впускать и не выпускать до нашего приезда…
  — Вот это ты здорово придумал, — похвалила Катарина. — По крайней мере, хоть одно место я смогу увидеть лично, а не пытаться понять с чужых несвязных слов.
  Гарен отвел взгляд. Ему явно не нравилось быть целью укоров со стороны Госпожи Временного Следователя. Вообще говоря, если воспринимать ситуацию как стереотипный детективный роман, то все выглядело так, словно Катарина – детектив, а Гарен – ее глуповатый помощник.
  Есть кое-что, что беспокоило девушку. Время убийств. Она обратила внимание, что на момент всех убийств у нее отсутствует строгое алиби. Первое убийство было совершенно три дня назад вечером – она в это время была на пути в Каламанду. На следующий день ее видели в самой Каламанде, тогда она встретила Сону. День спустя снова происходит убийство, в то время как они выслеживали монаха, что живет в глуши, где девушек почти никто и не видел. Ну и сегодня утром происходит последнее убийство и – внезапно! – Катарина днем снова оказывается в Каламанде! Конечно, наемница была чиста в глазах Лиги Легенд: в примерное время первого и второго убийства Катарина была призвана, а к третьему не могла успеть физически. Но вот в глазах людей в селении девушка, безусловно, убийца, как и говорит Гарен… Словно кто-то намеренно пытается настроить демасийцев против нее. И этот расчет по времени… Слишком уж точен для простого совпадения. С другой стороны, Катарина не могла поверить, что настолько тонкий план, если бы это было кем-то задумано заранее, не мог рухнуть. И неважно, насколько обширны влияние и ресурсы у того или тех, кто в ответе за это. В конце концов, вместо нее вполне мог отправиться Талон. И не в Каламанду, а в Институт Войны…
  Экипаж приехал в селение, и Катарина ловко выпрыгнула из средства передвижения. Через какое-то время оттуда выбрался и Гарен и повел девушку к месту последнего убийства.
  Пока Катарина шла, обратила внимание на то, как на них смотрят. Некоторые перешептывались. Девушка цыкнула: надо будет как можно быстрее прояснить ситуацию.
  Они подошли к дому, рядом со входом которого стояло двое солдат. Катарина надеялась, что они не единственные и дом охраняют по периметру.
  Гарен подошел к солдатам у входа, те отдали честь, приветствуя. Мощь Демасии тоже отдал честь и начал объяснять ситуацию:
  — С этого момента следствием займется госпожа Гибельный Клинок Катарина Дю Кото…
  — Вот «Гибельный Клинок» мог бы и опустить, — не преминула Катарина вставить свой комментарий.
  — В ее привилегии входит, — продолжал Гарен как ни в чем не бывало, — свободный осмотр мест преступлений и прилегающих, а также общественных территорий…
  — А забраться в какой-нибудь другой дом мне нельзя? Какая жалость… — расстроилась девушка.
  — …разговор с любым человеком, йордлом или любым другим существом, даже если он не связан с происшествием, требовать ответа на свои вопросы, если это может помочь в расследовании…
  — А пытать людей во время допроса можно?
  — …объявить преступника и, в случае, если будут найдены неопровержимые доказательства его причастности ко всем трем убийствам и если он окажет сопротивление, казнить на месте.
  — Вот последняя часть мне нравится, — обрадовалась Катарина, словно подросток внезапно объявленному интересному мероприятию.
  — Ваша же задача заключается в том, чтобы обеспечить все условия для госпожи Дю Кото. Поставьте в известность других. Все понятно?
  — Так точно! — хором ответили демасийцы.
  — Выполняйте, — приказал Гарен, и те тут же быстрым шагом отправились в разные стороны, дабы передавать приказ начальника.
  — А я смотрю, ты тут большая шишка, — усмехнулась Катарина.
  — У меня просто воинское звание выше.
  — Правда? Ох, даже завидно. А я ведь вообще формально не военнослужащая…
  — Неужели? — всерьез удивился Гарен.
  — Ага… Вот и представь, каково мне. Я стольких убила, а меня даже почестями не окружают и подчиненных не дают, — развела комедию наемница. Гарен скривился: специфичный юмор Катарины ему явно был не по душе.
  — Что ж… — девушка сняла свои беспалые перчатки и надела другие, полностью покрывающие кисть: при обычных обстоятельствах она предпочитала держать пальцы открытыми, чтобы лучше чувствовать оружие, а вторые носила на случай более деликатной работы и/или когда требовалось не оставлять следов. — Пора приступать, — и начала было заходить в дом, но резко развернулась и рукой остановила Гарена: — А ты куда собрался?
  — Разве я не могу?… — неуверенно начал он, но Катарина его перебила:
  — Не можешь. Больше скажу, ты только мешаться будешь. Так что ты лучше иди и проследи за тем, как твои приказы выполняются. Ну и сам им последуй. Какой же ты лидер, если не будешь подавать пример, правильно? Я хочу, чтобы каждая собака знала, какие у меня права в этом селении…
  — Ты просто меня спровадить хочешь, верно? — косо посмотрел Гарен на Катарину.
  — Именно. И что с того? — она ответила ему тем же, но слегка улыбнувшись.
  — Хотя бы сделай вид, что это не так.
  — Тогда я не услышу твой очередной комментарий.
  — Когда я уйду, ты их и так не услышишь.
  — Ничего не поделать, — усмехнулась Катарина. — Все хорошее когда-нибудь заканчивается, правда? У меня клинки не бесконечные, например…
  — В каком месте это – хорошее?!
  — Или противники, которых можно убить…
  — Ты можешь думать о чем-нибудь кроме убийств?!
  — Хм… — задумалась девушка. — Да. Например, сейчас мне нужно расследовать чужое, — улыбнулась она. Гарен, по-видимому, понял, что его только что отшили:
  — Что ж, не буду Вам мешать, Госпожа Временный Следователь, — он жестом пригласил Катарину, и так стоявшую в дверном проеме, войти в дом.
  — О! Можешь ведь, когда захочешь, — похвалила она. — Тогда я приступаю.
  Гарен в ответ угрюмо кивнул.
  — Не беспокойся, — продолжила наемница. — Я вскоре тебя найду. Когда мне потребуется кое-что уточнить, — хихикнула. Гарен вздохнул и отправился выполнять заказ Катарины на распространение сведений о ее правах на время расследования. Девушка же вошла в дом.

  Гарен описал огромный круг, дабы удостовериться, что все были в курсе о роли Катарины в этом деле. Манипулирует она им как хочет, но ослушаться он не мог: в конце концов, в первую очередь это нужно ему же…
  — Вот ты где! — послышался голос Катарины. Гарен оглянулся: девушка быстро шла к нему. Похоже, она была чем-то недовольна:
  — А я тебя повсюду ищу. Я закончила осмотр дома, но когда попыталась попросить стражника поохранять его в мое отсутствие, но мне нахамил! Я же, кажется, просила, чтобы мой статус был всем известен!
  Гарен выругался. Он понял, что это был за стражник. Один из местных. Иными словами, не из людей, что под непосредственным командованием Гарена… Но это только полбеды, ведь и характер у этого стражника тот еще…
  — Что если что-нибудь пропадет с место преступления? Или преступник вернется и следы заметет, а? А? — продолжала негодовать Катарина.
  — Послушай, — решил попытаться оправдаться Гарен, — этот стражник не из моих людей. Более того, он здесь на плохом счету…
  — Хо…? — исподлобья посмотрела на своего помощника Катарина. — А алиби у него есть?
  Внезапный вопрос Катарины загнал Гарена в тупик сразу по нескольким причинам…
  — То есть ты даже и не предполагал, что эти убийства мог совершить другой демасиец, а? — продолжала она давить на него.
  — Нет, просто мы не продвинулись в расследовании…
  — А кого вы вообще подозревали? Если не считать меня, разумеется.
  — Ну… — Гарен очень не хотелось открывать эту правду… — Дело в том, что на окраине этого селения живет один ноксианец, практикующий магию…
  — Вот как? — перебила наемница. — Вот она ваша хваленая демасийская справедливость, да? То есть мало того, что ноксианец живет на окраине, как изгой, так он еще и сразу подозреваемым стал. Это уже не просто лицемерие, а прямо расизм какой-то…
  — Нет, слушай, он, правда, подозрительный… Он постоянно один и постоянно со всеми ругается…
  — Любой ноксианец будет со всеми ругаться. Особенно при таком отношении. Только не говори мне, что у вас нет других подозреваемых. А не то быстро слушок пущу об этом вашем «правосудии», расисты!
  — Есть! Местная девушка! — поспешил Гарен хоть как-то сгладить углы.
  — Она демасийка?
  — Я не знаю. Она не распространяется о своем происхождении… Но она была в очень плохих отношениях со всеми убитыми, и у нее отсутствует алиби… Правда, и у нас нет никаких улик против нее.
  — Потом расскажешь, как мне найти ее. И того ноксианца, кстати, тоже. Сейчас куда важнее чтобы ты ответил на мой вопрос.
  — Эм?… — замялся Гарен.
  — Алиби есть у того стражника или нет?
  — А… Это… Я не знаю, но вроде нет. Он постоянно нарушает дисциплину. Много пьет. Часто не ночует в казарме…
  — Кошмар, — наигранно ужаснулась Катарина. — В Ноксусе его бы давно зарезали за такое наплевательское отношение к своей работе.
  — Можно подумать, у вас там вообще хоть кто-то порядок пытается поддержать…
  — Представь себе, да. Только дело это неблагодарное: постоянно на ногах, убивать нельзя, отдыхать или расслабляться нельзя, убивать нельзя, наоборот, нужно пытаться пресекать все убийства, не говоря уже о том, что на самого стражника могут напасть в любой момент. Ну и ко всему этому им еще и платят мало. Но, во всяком случае, свою работу они стараются выполнять. Ибо иначе не могут: те, кто записываются в охрану, в основном отставные военные, что не могут продолжить служить, например, из-за травмы, а для другой работы не хватает ни ума, ни опыта… Правда, в последнее время главным образом, конечно же, из-за Лиги подобного рода люди у нас почти перевелись, и стражники ныне в основном та же шваль, от которой они должны вроде как других оберегать.
  Гарен не мог не обратить внимания на то, что Катарина дважды сказала, что стражникам «убивать нельзя», но отпускать очередной комментарий по этому поводу не стал.
  — Назад к делу, — девушка стала серьезнее. — Сейчас нам надо вернуться к месту последнего убийства. По пути ты мне расскажешь, где кто живет из тех, кто меня интересует. А также когда и где их можно найти. Но для начала я хочу кое в чем убедиться. Во-первых, скажи, первых двух жертв убили ведь с одного удара? Следов борьбы не было?
  Гарен немного подумал, после чего ответил:
  — Ничего такого, во всяком случае, мы не заметили… И никаких других ран на телах не обнаружили…
  — М… Видишь ли… — Катарина скрестила руки, — эту девушку убили не с одного удара… У нее две раны, хоть и близко друг к другу. Предполагаю, что первый раз убийца промахнулся… Честно говоря, он и второй раз не очень точно попал, но удар оказался-таки смертельным. Может, дело в болевом шоке, не суть. Просто даже в этом случае я не обнаружила следов борьбы. Либо преступник их умело замел, либо…
  — Напал внезапно? — высказал предположение Гарен.
  — Да. Я думаю, что так. Причем у девушки в доме нет удобных для внезапного нападения слепых зон, так что убийца ей был явно знаком. И она допускала его присутствие у себя дома… Ладно. Второй момент. Скажи, дверь точно была заперта прежде, чем ее выломали?
  — Да… — Гарен не был уверен полностью, но вставил свой аргумент: — Во всяком случае, я не вижу смысла выламывать дверь, если бы она не была заперта…
  Катарина посмотрела в сторону.
  — Слушай, Гарен… Я, если честно, не хотела делиться этим с тобой так скоро… но я уже давно подозреваю, что тут замешаны несколько человек. И вполне вероятно, что один из стражников или даже твоих людей…
  — Исключено! — категорично заявил Гарен. — По крайней мере, никто из моих людей точно с этим не связан.
  — Почему ты так уверен? — девушка посмотрела на него, слегка удивившись.
  — Я мог бы часами приводить причины и аргументы, но сделай милость, просто доверься мне в этот раз.
  Гарен был серьезен и говорил очень уверенно. Это было совсем не похоже на то, как он вел себя, когда дело касалось непосредственно расследования, что, видимо, убедило Катарину. Та вздохнула:
  — Хорошо. Я поверю. Но рискну предположить, что ты можешь отрицать причастность своих людей, но не местных стражников. Я права?
  — …Да… — ему не хотелось верить в это, но не допускать этого было бы глупо.
  — Так появляется по меньшей мере один новый подозреваемый… Видишь ли, я не спроста заговорила про дверь. Все окна в доме были заперты изнутри. То есть либо дверь в действительности не была заперта, либо…
  — Ты хочешь сказать…? — Гарен понял, куда клонит Катарина.
  — У меня нет пока оснований утверждать, что это действительно убийство в закрытой комнате. Но если преступник действует в одиночку, то все к тому идет. Так что предлагаю на время допустить, что преступник не один и кто-то из стражи является сообщником.
  — Но не доказывает ли это лишний раз, что за убийством стоишь ты?… — неуверенно спросил Гарен, намекая на шунпо.
  — Не мели чепухи, — осекла его Катарина. — Применяемая мной техника позволяет перемещаться на большой скорости, а не телепортироваться. Даже мне не под силу обустроить такое убийство и оказаться после этого снаружи.
  Гарен был уверен, что если бы Катарина постаралась и имела бы в распоряжении некоторое время, то она все же смогла бы обставить такое убийство. Но тут есть два «но». Первое: подобные уловки не в ее стиле, в чем она и сама, в общем-то, призналась. Второе: этого самого некоторого времени у нее бы в распоряжении не было – в данном случае стража очень быстро сбежалась на крик жертвы.
  — Пора возвращаться, — произнесла Катарина. — Надеюсь, в наше отсутствие ничего особенного не произошло, — и пошла по направлению к месту убийства девушки. Гарен нагнал ее и начал отвечать на вопросы Катарины о том, где кого можно в случае чего найти.

  Подойдя к дому Катарина и Гарен увидели пожилого мужчину. Он слегка хромал и ходил, опираясь на трость. Наемница приметила, что эта его трость была ему словно бы неудобной…
  — О, убийца пожаловала… — обратил он внимание на Катарину. — Что, поймали тебя? Или сама пришла?
  Катарина не ответила. Она скрестила руки, слегка склонила голову и стала молча смотреть на мужчину.
  — Что смотришь? Сильная, что ли? Думаешь меня запугать?
  Катарина подняла одну бровь, не переставая пилить мужчину взглядом. На том уже можно было испарину наблюдать. Гарен в недоумении смотрел то на нее, то на него.
  — Я тебя не боюсь, ясно? Я войну между Ноксусом и Ионией прошел!
  — Фи, удивил, — нарушила-таки свое молчание Катарина. — Я тоже. И что?
  Он не нашелся, что на это ответить. Подобное заявление от представителя Ноксуса вообще любого бы в ступор ввело.
  — Проваливай давай, — холодно сказала Катарина. — Чтоб глаза мои тебя не видели.
  Мужчина опешил от такой грубости, что-то невнятно пробухтел и начал ковылять прочь.
  — Катарина… — осторожно начал Гарен, — ты не могла бы разговаривать с людьми чуть помягче…
  — Кто это? — перебила его наемница.
  — А?… Это… — Гарен слегка растерялся, но быстро взял себя в руки. — Я не так много о нем знаю. Знаю, что он из Ионии и что у него проблема с ногой после войны…
  — Знаешь, Гарен, это все по нему и так понятно! — прикрикнула на него Катарина. Ведь он действительно не сказал ничего нового из того, о чем нельзя было догадаться из прошедшего короткого диалога.
  — Ты его подозреваешь? — решил сменить тему Гарен.
  — Подозреваю, — сразу ответила наемница.
  — Но он же хромой!…
  — Почему ты можешь подозревать человека только потому, что он из Ноксуса, а я не могу подозревать человека только потому, что он хромой?
  Гарен не ответил. В действительности у Катарины были свои, куда более веские причины подозревать этого ионийца. Но без доказательств она пока хотела воздержаться от поспешных выводов.
  — Кстати, — вспомнил о чем-то Гарен и, какое-то время поискав у себя, протянул Катарине два ее метательных ножа: — Держи. Это твое.
  Девушка глянула на ножи и недовольно посмотрела на воина:
  — Ты меня обмануть решил? Где третий?
  Смесь эмоций на лице Гарена было сложно передать словами. Что-то вроде шока от наглости и недовольства от неблагодарности одновременно. Ради таких выражений Катарина и любила отпускать подобные замечания.
  — Ну знаешь!… — только и смог вымолвить он. Девушка хихикнула, после чего что-то поискала у себя, приняла два своих ножа, но в руку Гарена положила другой.
  — Эм? — не сдержал удивление Гарен.
  — Это тот поддельный нож, что ты мне дал, когда уговаривал меня. Мне он не нужен больше…
  — Чтобы тебе да нож был не нужен?… — еще больше удивился Мощь Демасии.
  — Нормальный нож карман не тянет. Да вот только этот тупой как фрельйордский валенок. Если они все такие, вообще удивлена, как ими убивать можно… А как улику я себе другой оставила, — Катарина достала сверток и развернула. В нем лежал другой нож. И он был в крови…
  — Подожди, ты вытащила его из трупа?!
  — Ты уж меня извини, но по-другому поступить я не могла. Я не смогла найти охранника на время моего отсутствия, потому решила сохранить все важное самостоятельно. Маловероятно, что преступник стал бы заметать следы при нашем раскладе, но в таких случаях предпочитаю перестраховываться. Не беспокойся. Я постаралась вытащить клинок настолько аккуратно, насколько смогла.
  Катарина посмотрела на Гарена. Он, безусловно, был не в восторге от того, что она сделала, но, по крайней мере, осознал необходимость содеянного ею. Все-таки это была не просто ее прихоть, а важный рабочий момент…
  — Внимание! — раздался голос с неба. — Приготовиться к сражению следующим чемпионам: Дариус, Гарен, Иверн, Мастер Йи, Твистед Фейт, Диана, Лулу, Блитцкранк, Вейн и Люциан. Поле Правосудия – Ущелье Призывателей. Время на подготовку – пять минут.
  Катарина цыкнула:
  — Твою ж… не вовремя-то как…
  — Гарен! Го… — собрался было призываться воин, но девушка его остановила:
  — Стоять! Куда собрался?!
  — Эм… Так на Поле… — неуверенно ответил Гарен.
  — Подождет твое Поле! У нас еще пять минут есть, а мне тебе кое-что важное нужно сказать.
  Похоже, у Гарена остались аргументы, но спорить он не стал. Катарина продолжила:
  — В общем. Мне нужно осмотреть места прошлых преступлений. И делать мне это нужно с тобой…
  — Но разве я не буду мешать…?
  — Здесь другой случай. Тогда у меня была возможность увидеть место преступления в почти нетронутом виде. А предыдущие два раза мне придется восстанавливать, и для этого нужен ты как тот, кто видел их изначальный вид. Я найду, чем заняться в твое отсутствие, но когда отзовешься, желательно, чтобы ты ждал меня здесь. Постараюсь как можно быстрее закончить свои дела и вернуться сюда. Можешь, конечно, попытаться найти меня сам, но я бы предпочла, чтобы ты ждал, дабы нам не разминуться и не потерять лишнее время. Все понял?
  Гарен кивнул. Катарина была рада, что ей не пришлось что-либо дополнительно пояснять.
  — Если это все, что мне нужно знать… — начал Гарен, но Катарина закончила мысль:
  — Да, у меня больше ничего. Так что удачи тебе там с Дариусом. Передавай привет.
  Гарен недовольно хмыкнул: он сильно недолюбливал Дариуса. Собственно, это у них взаимно.
  — Гарен! Готов! — после чего был призван. Катарина же решила пока опросить ключевых подозреваемых, благо, что заведомо узнала, где кого можно найти. Но для начала ей стоит поискать кого-нибудь из людей Гарена и попросить убрать, наконец, последнее место преступления. Все-таки бедняга лежит уже давно…

  Всего ключевых подозреваемых четыре: поселившийся здесь ноксианец, местная девушка, бывшая не в ладах с убитыми, хамоватый стражник и хромой иониец. Первых двух заподозрили люди Гарена, вторых двух приметила уже сама Катарина. Причем она не исключала, что преступником вполне может оказаться кто-то другой. Не говоря уже о том, что она не знала наверняка: в одиночку убийца действует или же имеются сообщники… Как бы то ни было, для начала ей нужно поговорить с этими четырьмя, узнать их позицию. Дальше уже думать будет.
  Первым, с кем она решила поговорить, стал ноксианец. Его дом стоял на самой окраине селения. По слухам, он практиковал какую-то разновидность темной магии, потому люди его сторонились. Да он и сам не сильно-то хотел идти на контакт. Иногда выходил в город, чтобы купить припасов, но более старался не показываться.
  Катарина постучала. Не сразу, но хозяин все же соизволил приоткрыть дверь, дабы узнать, кого это к нему принесло.
  — Пф… Это ты, Клинок, — ноксианец был довольно молод, но с очень тяжелыми мешками под глазами. Увидев Катарину не сильно удивился.
  — Что тебя принесло? — спросил он.
  — Видишь ли… Гарен меня нанял для убийства преступника. Ты один из подозреваемых, потому я здесь, — не стала Катарина скрывать свою цель.
  — Пф… Ты теперь за Демасию, что ли, Клинок? — не скрывал ноксианец своего неудовольствия.
  — До тех пор пока мне платят и пока заказы не идут вразрез с моими принципами, мне все равно на кого работать.
  — А если убийцей окажусь я? Убийство ноксианца по заказу демасийца не идет вразрез с твоими принципами?
  — Не беспокойся. Тебя я в этом случае убивать не стану, — обнадежила Катарина. Ноксианец какое-то время помолчал, после чего сказал:
  — Ясно. Тогда удачи в расследовании, — и попытался закрыть дверь, но Катарина не дала ему это сделать, вставив ногу.
  — Может, поможешь мне в нем? — наемница начала тянуть дверь на себя.
  — Я во время всех убийств был у себя дома. Я был один. Все это я уже сказал страже. Мне больше нечего добавить, так что ничем помочь не могу, — ноксианец силой пытался закрыть дверь.
  — А что за магию ты практикуешь?
  — Это уже не твое дело, — сказал он и резко попытался закрыть дверь. Катарина, до того момента тянувшая дверь на себя, наоборот, толкнула дверь, из-за чего та начала закрываться быстрее, чем того ожидал хозяин дома, затем резко дернула назад. Подобных движений ноксианец не ожидал, потерял равновесие и едва ли не упал, в то время как дверь оказалась открыта. Наемница этим воспользовалась и зашла в дом. Она тут же приметила темную, освещенную светом свечей комнату. На дворе ведь день. Катарина заглянула в нее и присвистнула:
  — Я смотрю, у тебя тут вечеринка. А что меня не пригласил?
  — Пф… — только и произнес ноксианец. Комната была полностью затемнена: все окна наглухо заделаны, чтобы исключить любой естественный свет. Мебели не было. Зато стояло много свечей. Но главная особенность этого помещения была в огромном количестве символов и знаков, покрывающих весь пол и большую часть стен, что были нарисованы чем-то темно-красным, очень похожим на кровь. Катарина была почти уверена, что это она и есть. На самом деле картина жутковата даже для ноксианского мага.
  — Я не буду спрашивать, чем ты тут занимаешься, — обратилась Катарина к магу, — твое дело. Но ответь на пару вопросов. Кто-нибудь еще кроме меня это видел?
  — Нет, — спокойно ответил ноксианец. Наемница слегка прищурилась и задала следующий:
  — Как ноксианец, ты, наверное, рад, что троих демасийцев убили, правда ведь?
  — …Д… да… — запнувшись ответил маг.
  — Что ж, что мне нужно было, я узнала. Теперь прошу извинить меня.
  — Ты уже уходишь, Клинок? — неподдельно удивился ноксианец.
  — Я же сказала: все, что мне нужно было, я узнала. Так что не вижу смысла и дальше вмешиваться в твои дела, — произнесла Катарина и вышла из дому: — Звиняй, что так бесцеремонно ворвалась. Удачи, — произнесла она на прощание и пошла в селение, искать следующего подозреваемого, оставив предыдущего в растерянности.

  Следующим, кого решила проверить Катарина, стала местная. Наемница быстро ее нашла, но…
  — Это не твое дело, где я была и что делала. Так что отвали от меня, убийца! — добровольно помогать расследованию она явно не собиралась. Катарина скрестила руки и начала словно бы рассуждать вслух:
  — Неудачно… Видишь ли, я всегда выполняю порученную мне работу. Даже если выполнить ее не в состоянии, она все равно оказывается выполнена. И заказчик у меня всегда остается доволен…
  Девушка не ответила. Она не поняла еще, куда клонит Катарина. Та продолжила:
  — И если я в этот раз не смогу найти настоящего убийцу, мне придется… подкорректировать улики таким образом, чтобы была неопровержимо доказана вина того, кто станет «преступником». А чтобы не было сомнений, им станет тот, у кого самый явный мотив. То есть самые плохие отношения с убитыми…
  У девушки было такое выражение лица, словно ей дали пощечину. И облили холодной водой. На морозе. Самые плохие отношения с убитыми были именно у нее. И об этом знало все селение.
  — Ты… Ты не посмеешь… Тебе не поверят… Я расскажу правду!
  — В плане работы Гарен мне доверяет. Так что мне не составит труда обвести его вокруг пальца. Как только вина преступника будет доказана – неважно, честным образом или нет – я его убиваю. Если им окажешься ты, то у тебя не будет даже возможности пожалеть о своей ошибке.
  Девушка была в шоке. Она не говорила ничего, просто открывала и закрывала рот, как рыба. «Как же она туго соображает… А еще говорят, что, оказавшись в ловушке, люди хватаются за любую возможность выжить… — думала Катарина. — Так и быть, помогу тебе сообразить. А то вид у тебя совсем жалкий»..
  — Но у тебя есть возможность рассказать правду. Здесь и сейчас. Мне.
  У девушки по-прежнему был вид, словно ее жизнь была кончена. Она едва стояла на ногах. Она действительно, что ли, убийца? Или совершила нечто очень близкое к тому?
  — Послушай, мне все равно, что ты делала, чем занималась, что совершила, — пыталась Катарина разговорить ее. — Меня наняли лишь для того, чтобы найти убийцу трех демасийцев…
  — Я их не убивала…
  — Чу́дно. В таком случае ответь на вопросы, что я сейчас задам тебе. Не беспокойся, это останется между нами…
  — Обещаешь? — с надеждой в глазах посмотрела девушка на Катарину.
  — До тех пор, пока это не нужно для объявления истинного преступника. Так ты поможешь мне?
  Девушка кивнула. «Наконец-то! — вздохнула Катарина. — Прямо беда с ней: я лишь слегка надавила на нее, а она оказалась полностью сломлена. Слабовольные какие-то люди живут по другую сторону от Каламанды…»
  Девушка оказалась довольно ценным источником информации. Вообще говоря, она еще та интриганка. Семью заводить не собирается, но не работает, своего дохода не имеет. Зато заигрывает с несколькими мужчинами, в том числе и женатыми. Собственно, за их счет и живет. Она вообще считает, что достойна большего, нежели просто «гнить в этой дыре»… Вот по мнению Катарины, здесь ей самое место. Хотя бы потому, что в других с подобными убеждениями и способами долго не протянет… Ее алиби не было абсолютным. В примерное время каждого из трех убийств она была с одним из своих любовников. Это было: три дня назад вечером, позавчера вечером и этой ночью. То есть при необходимости она могла бы таки совершить преступления, да и с уверенностью полагаться на показания ее любовников (даже если бы они подтвердили связь с ней) не стоит: она могла предупредить их заранее. Ну а ее шок может оказаться лишь актерской игрой. Катарина все это допускала.
  Ее плохие отношения с убитыми были обусловлены ее образом жизни. Все убитые были в курсе того, как она живет, и, естественно, это им не нравилось. Но девушка говорит, что это чистое совпадение. В конце концов, в селении есть и другие, кто знает о ее… ветрености. Пытаться заткнуть каждого заведомо глупо.
  Но она много нелестного говорила про одного из стражников. Того самого, что нахамил Катарине после осмотра места преступления. Говорит, мол, что он не только нарушает дисциплину, так еще и взяточник редкостный и ради денег вполне может пойти на убийство…
  — Что ж… Спасибо, — поблагодарила Катарина. — Я как раз собиралась нанести ему визит.
  — Угу, — пробубнила девушка. — Только не говори никому, что узнала от меня.
  — Не скажу, — обнадежила наемница. — Другое дело, что я не совсем понимаю, почему ты так рьяно пытаешься держать это в секрете, если это и так всем известно.
  — Люди знают лишь то, что говорят другие. Я всегда могу списать это на клевету… Но если проскользнет пара имен из тех, с кем я… пересекаюсь в настоящее время, то… я бы не хотела этого…
  Худо-бедно, но Катарина поняла суть:
  — Ясно. Ну удачи тогда, — попрощалась она. Девушка кивнула в ответ, и наемница отправилась искать подозреваемого стражника.

  А искать в этот раз ей пришлось немало. Стражника не было ни на своем посту, ни в казарме. Гарен наверняка уже успел отозваться, но Катарина все равно надеялась сначала найти подозреваемого. Когда она собралась было уже отложить это дело – о, чудо – ей повезло-таки наткнуться на этого стража. Отлынивающего от работы.
  — Я слышал, ты меня ищешь? — начал он. — Не знаю, на кой тебе оно сдалось, но ты потратила время зря. Так что можешь валить, откуда пришла.
  — Будешь распускать свой длинный язык не по делу – отрежу, — пригрозила Катарина. — Ты у меня под подозрением в убийствах. Или в соучастии…
  — Да что ты? Рад за тебя. Только мне наплевать. Вали давай уже.
  — Я бы на твоем месте с этого дня по ночам оглядывалась, — наемница начинала терять терпение. — А то ведь можешь и четвертой жертвой стать…
  — Это угроза?
  — Совет, — ответила Катарина. Но с какой стороны не посмотри, это было чистейшей угрозой. Стражник в раздражении потер лоб:
  — Аргх… Ну не знаю я ничего об этих убийствах. И знать не хочу, если уж на то пошло. Думаешь на меня, так я скажу тебе, что я их не убивал. Незачем.
  — Говорят, ты на деньги падок.
  — Мало ли что говорят. Даже если и так, убивать бы не стал. Не стоит оно того…
  — А разговор стоит?
  Стражник сначала не понял, что имеет в виду Катарина, но, посмотрев на нее, сообразил. Девушка держала небольшой мешочек.
  — Предлагаешь заплатить за информацию? — у стража явно проснулся интерес к разговору.
  — Если она того, конечно, стоит.
  — Хех. Шутишь, да? Я про сами убийства ни сном ни духом, но из того, что тут происходит, знаю многое… Другое дело, а действительно ли ты заплатишь? И откуда мне вообще знать, что у тебя там деньги, а не дешевая металлическая дребедень какая-нибудь?
  Катарина в ответ просто кинула мешочек ему. Он его поймал и убедился в том, что там именно деньги…
  — Подробно ответишь на вопросы, получишь еще столько же.
  — Хе-хе-хе. Не накладно будет?
  — Когда выполню свою работу, я получу гораздо больше, так что можешь не переживать за меня. Другое дело, что выполнить ее хочу как можно быстрее, и для этого я готова немного потратиться сейчас.
  — Хех. А ты умеешь дела вести, наемница. Спрашивай. Расскажу все, что знаю.
  Катарина улыбнулась и начала допрос. В первую очередь, конечно же, расспросила про алиби. И было оно у него такое же вялое, как и у предыдущих двух. То пил, то с девкой зависал, то просто от работы косил. При необходимости, конечно, все это можно подтвердить, но возможность совершить преступления у него все равно имелась… Катарина не стала пока что в этом разбираться и решила перейти к информации другого рода:
  — Слушай. Допустим, я верю тебе, ты действительно не замешан никак. Но что если кто-либо другой из стражи помогает убийце? Такое возможно?
  — Навряд ли на самом деле. Мне, чтобы от начальства не огрести, пришлось выучить наизусть все смены, где кто и когда патрулирует и тому подобную чушь. И я тебе так скажу: за последние дни никто, не считая, конечно же, меня, этот график не нарушал. А нарушил бы – слушок дошел бы до меня быстро.
  Катарина призадумалась. Единственной основой того, что есть соучастники, является предположение, что преступнику помогает стража. Если помогает не стражник, то в этой помощи пропадает и смысл, и возможность. Иными словами, либо подозреваемый врет, либо последнее убийство действительно произошло в закрытой комнате… Катарина решила, что потом подумает над этим, и спросила насчет других подозреваемых.
  — Если ты хочешь узнать о том, что лично я думаю, — отвечал стражник, — то любой из них мог убить. Если же о том, была ли у них такая возможность, то здесь уже не все так просто. Первый. Ноксианец. Он своего носа тут без причин не показывает. Раз в неделю придет, еды купит, уйдет. Если бы он внезапно заявился чаще обычного, то все селение бы галдело об этом. Если, конечно, он не мастер незаметных проникновений и скрытых убийств, — он немного посмеялся и продолжил: — Другое дело, что у него какие-то разговоры были с последней убитой. Никто не знает о чем, но она каждый раз пыталась с ним поговорить, когда тот приходил или уходил… Как-то так.
  Одна из догадок Катарины начала находить свое подтверждение.
  — Второй. Точнее вторая. Шлюха эта, — мечница скривилась при этом слове: при обычных обстоятельствах она надавала бы по шее за такое чисто из женской солидарности, но сейчас для нее это был риск, ведь вряд ли бы после этого стражник продолжил снабжать наемницу информацией… да и прав он по факту. — Строит из себя много, ставит выше остальных, но стóит дешево, а стои́т ниже. Если бы кто-то постоянно тыкал бы ее в это носом, то от обиды на правду вполне могла и прирезать кого. Вот только не могла она внезапно оказаться у кого-либо из мертвых дома. По крайней мере, так, чтобы об этом не узнали другие. А другие не узнали. Может, конечно, она все хорошо продумала, но тут уж нестыковочка получается: одно дело – убийство на эмоциях, совсем другое – продуманное убийство… Впрочем, думать об этом – не моя проблема, не правда ли, госпожа детектив?
  Детектив не ответила. Молча продолжала слушать.
  — Третий. Иониец… Ну я даже не знаю. С одной стороны, да, у него имелась возможность. Он много прогуливается, разговаривает с разными людьми. Его даже нередко приглашают к себе в дом. Но он же долбаный инвалид! Даже будучи бывшим военным, он вряд ли смог бы уйти с мест преступления незамеченным. Особенно после третьего… Да и причин убивать у него нету. Так что такое себе…
  Стражник закончил рассказывать о подозреваемых, после чего спросил:
  — Хочешь узнать о чем-то еще?
  — Нет, пожалуй, я узнала достаточно, — Катарина уже начала приходить к пониманию ситуации. Ей нужна еще пара зацепок, и работа будет выполнена.
  — Что ж… тогда могу я получить свои деньги?
  — Какие? — спросила наемница.
  — Ты же сказала, что после ответов получу…
  — А ты мне поверил? — склонила голову Катарина.
  Стражник опешил: его обманули…
  — Не переоценивай свою значимость, — строго заговорила наемница. — Ты и так получил столько, сколько получают хорошие информаторы, причем которые, поверь, и получше тебя будут. Так что знай свое место.
  Катарина развернулась и пошла на встречу с Гареном, оставив непорядочного стражника ошарашенным.

  После того, как Мощь Демасии отозвался, он не застал Катарину, потому, согласно своему с ней уговору, остался ждать. Прошло прилично времени прежде, чем она соизволила явить себя, но по ее виду было заметно, что она торопилась. Видимо, что-то внепланово ее задержало, потому Гарен не стал укорять.
  Ни на что не отвлекаясь пара сразу же пошла обследовать места происшествий. По дороге Катарина кратко пересказала суть того, что ей удалось узнать. Гарену показалось, что она опускает уж больно много деталей, например, что она увидела в доме у ноксианца, чем занималась девушка в примерное время убийств, и как Катарине удалось разговорить стражника, но прояснять эти моменты он не стал, предположив, что раз не рассказывает, значит, непосредственного отношения к делу это не имеет…
  Обследуя место первого убийства, Катарина обратила внимание Гарена на две вещи. Первая: незаметно для окружающих на улице проникнуть в дом и выйти из него можно, но незаметно пройти мимо – нет. Иными словами, преступник покинул место преступления до того, как было обнаружено тело. Вторая: трость жертвы.
  — Скажи, Гарен, — обратилась к нему Катарина, — а какого роста была убитая старушка?
  Он не сообразил, к чему она клонит, потому просто ответил:
  — Ну… пониже тебя головы на полторы где-то… даже, возможно, на две…
  — Понятненько, я примерно так и предполагала… Не думаешь, что эта трость длинновата для ее роста?
  Гарен никак не прокомментировал. Он на такие детали внимания обычно не обращает, потому не стал лишний раз выставлять себя в дурном свете.
  Обследуя второе место преступления, они не нашли каких-либо ценных зацепок, но Катарина приметила любопытную особенность, о которой она не преминула расспросить Гарена:
  — Скажи, а во всех домах в этом селении такие незаметные входы в подвал?
  — Я не знаю, если честно. Но да, в случае этих двух домов нам пришлось поискать, прежде чем их найти… А ты в доме убитой девушки разве не нашла подвал?
  — Оставила на десерт, — улыбнулась Катарина. Гарен не понимал, как можно пренебречь чем-то подобным, но, судя по всему, у наемницы была какая-то идея… А возможно даже, что она уже знает, кто преступник…
  Они вышли на улицу. Катарина:
  — Мне осталось кое-что уточнить, и я буду готова сделать обвинение. Не подскажешь, где тот хромой иониец живет? А то он единственный, кому я не наносила визит.
  Гарен сам не был уверен точно, все-таки до сегодняшнего дня он к нему не присматривался, но, по крайней мере, наводку дал.
  — Что ж… Я тогда по-быстрому схожу к нему домой, а когда вернусь, пойдем обв… — Катарина резко обернулась, выхватывая оружие и готовясь отражать атаку, но… Гарен ее опередил. Так как он был заметно выше мечницы, которая будучи в боевой стойке еще и стоять привыкла ближе к земле, воин смог с легкостью сразить напавшего, нанеся удар буквально над головой девушки… А напавшим оказался войдлинг. Отлетев от удара, он начал извиваться на спине, пытаясь встать, но Гарен быстро к нему подбежал и пронзил, буквально пригвоздив того к земле своим мечом. После того, как существо перестало дергаться, он ловко вытащил свой меч, готовясь к сражению: там где один, там и другие.
  — Войдлинги! Войдинги! БЕЖИМ! — не заставила себя ждать паника. Люди стремились как можно быстрее спрятаться в свои дома, в то время как солдаты и стражники, наоборот, навстречу хищникам из Бездны. Гарен обратился к Катарине:
  — Я не обязываю тебя сражаться, в конце концов, это только наша проблема, но сам я вынужден присоединиться к своим людям, — он говорил четко и уверенно. Как всегда, когда дело касалось войны и защиты других людей.
  — Ты уж извини, — слегка улыбнулась Катарина, — что все на тебя спихиваю. Но мне действительно нужно кое в чем убедиться. Я присоединюсь как только, так сразу.
  Гарен коротко кивнул и побежал навстречу войдлингам:
  — ДЕМАСИЯ!!! — издал он свой боевой клич.
  — Показушник… — вздохнула Катарина. После чего, сделав движение, напоминающее быстрый прыжок, исчезла.

  Гарен ворвался в самую, как ему показалось, большую группу войдлингов. Он надеялся собой отвлечь их от беззащитных жителей… Собственно, чем он обычно и занимается на поле боя: всегда первым мчится в стан врага. Вот только Гарен не защитник. Он воин. И врывается он, чтобы убивать. Именно такая участь ждет существ, что угрожают безопасности мирных жителей.
  Гарен взмахивал мечом снова и снова. Иногда – крутился, рассекая группы, иногда – точно бил, поражая одиночную цель. Он пытался отвлечь самую большую группу хищников, оставляя своих людей и стражу разбираться лишь с пытавшимися прошмыгнуть одиночками. Так количество войдлингов стало сокращаться…
  Время спустя Гарен обратил внимание, что существ почти и не осталось. В пылу сражения сам не заметил, как почти со всеми расправился. Перед ним были лишь трое.
  — За Демасию! — рванулся к войдлингам Гарен, но в одного из них попал клинок и, срикошетив от одного к другого, от того к третьему, убил всех троих. Он посмотрел в сторону, откуда прилетело оружие. Там стояла Катарина, левой рукой обхватив свой правый бок, рассматривала ногти на правой руке. Она обратила внимание, что Гарен смотрит на нее, и произнесла:
  — За Ноксус.
  Гарен так и не понял, всерьез она это или же его передразнивает…
  — Помогите кто-нибудь! — раздался женский крик. Мощь Демасии тут оглянулся на источник. А им оказалась девушка, на которую вот-вот набросится одно из оставшихся существ из Бездны… Гарен осознал очень плачевную для него вещь: он не успевал…
  В тот момент, когда войдлинг уже прыгал на свою жертву, его пригвоздил к стене другой клинок… который тоже был пущен Катариной. Спасенная девушка, от шока, страха или от неожиданности, но плюхнулась на зад. Спустя время она таки сообразила, что опасность миновала, и поспешила ретироваться…
  — Хоть бы «спасибо» сказала, — проворчала Катарина, после чего подошла к своему клинку в стене и выткнула его.
  — Спасибо, — поблагодарил Гарен.
  — Я не к тебе обращалась, — сгрубила наемница. — Если хочешь выразить признательность, то сбегай лучше за моим клинком вон там.
  Гарен вздохнул: Катарина такая Катарина…
  — Ты узнала, что хотела? — спросил он. Естественно, бежать за оружием мечницы он не собирался.
  — Да, — ответила она. — Правда, это отняло больше времени, чем рассчитывала, вот и припозднилась. Но зато я теперь полностью готова. Осталось найти нашего убийцу, — Катарина поняла, что Гарен не собирается идти за ее клинком, использовала свою технику шунпо, чтобы переместиться и подобрать его. Наемница стряхнула и убрала оружие, после чего позвала:
  — Идем. Мне не терпится закончить уже свою работу.
  Дважды Гарену повторять не пришлось. Он и сам хотел как можно быстрее пролить свет на это дело…

  — Ну здравствуй, — поздоровалась Катарина с ионийцем. — Здорово, наверное, быть инвалидом. Ну в плане того, что подозревают в последнюю очередь…
  — Катарина… — Гарену верилось в это с трудом, — ты хочешь сказать…?
  — Да. Убийца этих ваших демасийцев именно он.
  Иониец, опираясь на свою трость, кое-как развернулся и произнес:
  — Вздор. Хочешь сказать, что мне под силу убить человека и сбежать, оставаясь незамеченным? Мне, когда я даже хожу с трудом. Какие еще небылицы попробуешь наплести, убийца?
  — В данном случае убийца не я, а ты. Хотя, впрочем, я тоже, — признала Катарина. Гарен нервно вздохнул: даже сейчас она не может обойтись без этих своих шуток…
  — Для начала, — наемница стала серьезнее, — ни одна из жертв не сопротивлялась. Иными словами, тот, кто нанес им удар, был им знаком, и они допускали его присутствие в своем доме… Ну, исключая второй случай, когда мужчина был убит во сне, там все немного иначе, но я скоро до этого дойду. Среди всех подозреваемых только ты был на хорошем счету у жертв. Ты в принципе на хорошем счету в этом селении: никому не мешаешь, поддерживаешь дружеские беседы… Идеальный сосед прям…
  — И что? Если я лажу с окружающими, то это делает меня убийцей? Абсурд, — вставил свой комментарий иониец.
  — Ты можешь помолчать, а? — раздраженно осекла его Катарина. — Я до всего дойду. Когда закончу, тогда и оправдываться будешь… Далее. Первое убийство. В дом ты проник заранее, но тогда, когда хозяйки не было дома. Ты спрятался, дождался, когда она закроет дверь, после чего явил себя. Она наверняка удивилась, но поднимать панику не стала, ибо узнала тебя… И тогда ты убил ее. Но, не знаю уж, что именно – я не видела место преступления изначально – но что-то заставило тебя отпустить твою трость… А потом ты ее перепутал с тростью старушки. Вот тебе и непривычно, что, кстати говоря, я приметила сразу же. А возвращаться на место преступления ты решил не рисковать.
  Далее. Второе убийство. Я не знаю, когда именно ты проник в дом, но спрятался ты в подвале. Дождался глубокой ночи… жуть, у меня бы терпения не хватило столько ждать… после чего осуществил задуманное. Ночью сбежать незаметно через окно несложно даже с учетом твоего состояния. А если нет, то ты вполне мог дальше сидеть в своем подвале. Лично для меня это детали.
  Кстати, после третьего убийства ты так и сделал. Ты пришел к девушке рано утром. Я рискну предположить, что заинтересовал ее какой-то информацией… Даже не так. Я примерно представляю, чем ты мог заинтересовать ее. Небось, сказал, что у тебя, якобы, есть какие-то сведения о том, что ноксианец является убийцей, правильно? Это вынудило ее тебя впустить. Вот здесь ты совершил очередной прокол. Убить старушку и спящего человеку несложно, а вот молодая девушка оказалась не такой податливой в этом плане, а? В конечном итоге цели своей ты, конечно же, достиг, но привлек лишнее внимание. Вот и спрятался в подвале, где и просидел… довольно долго, должна признать. Все то время, что Гарен искал меня, уговаривал, пока мы ехали назад…
  — Так это значит…? — на сей раз перебил именно он.
  — Да, — продолжала Катарина. — Полагаю, ты правильно догадался. Таким образом убийство в закрытой комнате становится возможным. Потому что все это время убийца оставался в доме… Вообще говоря, я сразу почувствовала чье-то присутствие, но решила не рисковать с его обнаружением. Ведь у меня не было никаких доказательств, что спрятавшийся действительно убийца. Он вполне мог оказаться случайным свидетелем… или убийцей, что попытался бы выставить себя случайным свидетелем. Короче говоря, сама закрытая комната оказалась очень ценной подсказкой, — она обратилась к ионийцу: — Вот оставил бы ты окно открытым, тогда бы отвести от себя подозрения было бы проще, — девушка усмехнулась, после чего начала переходить к заключению:
  — Ну и напоследок, — она достала сверток, развернула его, — нож, которым была убита последняя жертва. Знаешь, ладно, что подделка эта грубая, еще хоть как-то могу понять, но почему лезвие такое тупое? Нет, серьезно. Пытаешься сделать копии моих ножей, так заказал бы хоть у кузнеца поопытнее, а не у дешевого подмастерья… Любой специалист… Да что там специалист, даже обыватель сможет найти различия с моим оружием, если постарается. Забирай, кстати. Твое.
  Катарина с силой кинула окровавленный нож ионийцу в живот. Гарен опасался, что она уже пыталась его убить, но зря. Кинула она так, что непосредственно удар был рукоятью. Судя по тому, как иониец согнулся, бросок этот не прошел для него без боли, но он явно не был смертельным… Через некоторое время он выпрямился, держа свой поддельный нож.
  — В общем, ты пытался выставить убийцей меня, но в данном случае это однозначно не я, что доказать несложно. Ряд показаний опять же не противоречат теории, что убийцей являешься именно ты, а не кто-то другой. В конце концов, мы с Гареном видели тебя возле дома последней жертвы аккурат тогда, когда он остался без охраны. Согласна, все, что я рассказала, не более чем предположения, но ты ведь и сам понимаешь, к чему все идет, не так ли? Как с главного подозреваемого с тебя теперь глаз не спустят до тех пор, пока не обыщут все твое имущество. И уверена, что после обыска найдется что-нибудь такое, что покажется стражникам интересным, — Катарина хихикнула. Иониец помолчал какое-то время, затем цыкнул и произнес:
  — Какого войдлинга тебя сюда принесло…? Сидела бы в своем Ноксусе и не мешала.
  — Да ладно? — серьезно удивилась Катарина. — А мне казалось, что кто-то меня намерено подставить хочет лишь потому, что я была рядом… Я ошиблась? Это было простым совпадением?
  Гарен пребывал в шоке. Слова ионийца были все равно что признанием. В то, что хромой действительно убил трех демасийцев ему верилось с трудом… Но он постарался взять себя в руки и спросил:
  — Зачем?
  — Я догадываюсь, — вызвалась ответить Катарина. — Все было для того, чтобы добавить натянутости отношениям между Демасией и Ноксусом, так ведь? — обратилась она к ионийцу. Он не ответил. Но Гарен догадался, что Катарина скорее всего права.
  — Но зачем? — повторил свой вопрос Гарен. Точнее задал новый. Катарина собиралась ответить, но иониец ее опередил:
  — Да чтобы люди знали, что Лига Легенд не решила никаких проблем! Конфликты как были, так и остались, только под маской лживого перемирия. В конце концов, если бы не они, войны между Ионией и Ноксусом не состоялось бы!
  — Но именно Лига помогла вам освободиться от ноксианской оккупации. Почему ты винишь их? — недоумевал Гарен.
  — Освободиться?! А почему Ноксус вообще напал на нас? Потому что им воевать было больше не с кем! До этого были вы, Демасия. Потом появилась кучка самопровозглашенных великих магов, и велели заключить мир. Вы лапки сложили и послушались. Только вот Ноксусу не по душе это было. Вот они и грызли всех, до кого могли дотянуться. Нам, ионийцам, вообще никакого дела не было до Валорана. Мы в ваши распри не лезли и были счастливы. А потом появилась эта вшивая организация… Вот сколько людей погибло из войны, сколько жизней загублено, а? А? А что мы сделали дурного? Ничего! Мы просто расположены рядом с самым варварским городом континента!
  — И ты во всем винишь Лигу Легенд? Жуть… — утрированно ужаснулась Катарина. — И это представитель Ионии – самого вроде бы непредвзятого государства в мире… Куда Рунтерра катится…?
  — Все шло неплохо в целом, — продолжил иониец. — Даже с учетом моих, как ты выразилась, проколов, никто и не думал подозревать меня. Преступления остались бы нераскрытыми, и люди думали бы на тебя. Конечно, это лишь капля в море, но видя то, что происходит, сидеть, сложа руки, я просто не мог…
  — И ты решил убить трех человек из-за своих каких-то нелепых амбиций? А люди еще меня называют кровожадной… — вставила мечница свой комментарий.
  — В отличие от тебя, по крайней мере, я убиваю не ради денег…
  — А ради чего? — перебила его Катарина. — Ты отправил на тот свет троих только ради того, чтобы посеять в сердцах людей мелкого селения недоверие ко мне. Смешно же. Про способы я вообще молчу. Даже я бы побрезговала быть настолько беспринципной.
  Иониец что-то прорычал, потом сказал:
  — Такой как тебе, ноксианке, не понять.
  — Как сказать, — решила насчет этого поспорить наемница. — Отчасти я понять тебя таки могу. Мне тоже не нравится Лига, и то, что она нам навязывает.
  Гарен с удивлением посмотрел на Катарину. Та продолжала:
  — Если бы была такая возможность, то я постаралась бы от нее избавиться…
  — Так чего ты ждешь? — спросил иониец. Девушка ответила, закрыв глаза:
  — Времени, когда ее положение ослабнет… — произнесла она спокойным тоном, затем открыла глаза… взгляд, которым она посмотрела на преступника, был пустым… и пугающим: — А до тех пор я буду защищать принципы Лиги. Так что сладких снов.
  Гарен сначала не понял к чему была эта последняя фраза, но потом заметил, что из груди ионийца торчит катаринин клинок… «Как? Когда она успела?» — только и успел подумать Гарен, прежде чем Катарина переместилась к преступнику вплотную, выдернула свой же клинок из его груди и ударила им с разворота, убив несчастного. Девушка стряхнула клинок и убрала его за спину.
  Гарен просто не знал, что сказать. Слишком много все произошло за короткий промежуток времени…
  — Катарина… — только и смог вымолвить он. Она оглянулась. Поняв его замешательство, решила объяснить ситуацию:
  — Не знаю, в курсе ли ты, но очень многие недовольны Лигой. В последнее время начали появляться люди, что пытаются вставлять им палки в колеса. Я пересеклась с подобным буквально вчера. Но должна заметить, что этот, в отличие от того психа, вполне вменяемые вещи говорил… Разжигание розни между нашими городами, тем более настолько паршивым методом, уже достаточная причина для убийства. Но если тебе недостаточно, то смотри сам: в его руках нож с кровью последней жертвы. Также он был возле ее дома сегодня утром, что наверняка сможет кто-нибудь подтвердить. И он имел возможность совершить все три убийства… В принципе, в крайнем случае можешь написать мне, я пришлю тебе письменный отчет. Но все же надеюсь, что ты запомнил все, что я говорила. Мне, правда, не хотелось бы к этому возвращаться, тем более переносить на бумагу…
  — Катарина… — негромко произнес Гарен.
  — М? — устало промычала она в ответ.
  — Ты сама сказала, что нет ничего, что бы напрямую доказывало его вину…
  — М… Ты об этом… Обыщите его дом. Там вы найдете более убедительное доказательство…
  — Ты была там…? — Гарен опешил.
  — А где, ты думаешь, я была во время нападения войдлингов? Иначе мне бы просто не удалось бы его расколоть. У него спрятано пара ножей, наподобие тех, что нашли в телах. Но спрятаны хорошо. Мне пришлось постараться, чтобы найти их, к тому же не оставив следов. Опять же нужно было найти его дом, убедиться, что там никого нет, и проследить, чтобы меня саму никто не увидел. На это-то все у меня и ушло так много времени. Но иначе не могла: в противном случае все бы было насмарку…
  Гарен не нашелся, что ответить…
  — Когда я получу деньги? — спросила Катарина.
  — В течение двух месяцев, — довольно предсказуемо ответил Гарен. — Но я постараюсь преподнести всю сумму раньше.
  — Хорошо. Тогда…
  — Внимание! — раздался голос с неба. — Приготовиться к сражению следующим чемпионам: Рамбл, Йорик, Зак, Джакс, Ясуо, Катарина, Шен, Брэнд, Эш и Дрейвен. Поле Правосудия – Ущелье Призывателей. Время на подготовку – пять минут.
  — …Я пошла, — произнесла наемница.
  — Подожди! — остановил ее Гарен. — Ты ведь не серьезно говорила, да? Ты же не собираешься всерьез идти против Лиги…
  — Кто знает, — уклончиво ответила Катарина. — Сейчас, во всяком случае, не планирую.
  Естественно, Гарену такой ответ пришелся не по душе, и он собирался начать спор, но девушка его опередила:
  — Послушай. Мы враги. Врагами были и останемся. До сего момента нас связывали отношения заказчика и исполнительницы, но сейчас нет и этого. Ты и сам должен все понимать.
  Гарен понимал. Но, тем не менее, он не считал их врагами в полном смысле этого слова. Дариус был его врагом. Свейн. А с Катариной они скорее напоминали соперников… Но как бы то ни было, девушка напоминает ему, что, при каких бы обстоятельствах они не пересекались, один факт не изменится: он из Демасии, она из Ноксуса, и каждый из них будет делать все посильное для своего города, даже если придется пренебречь другим… Гарен вздохнул и произнес:
  — Не рискуй понапрасну.
  Катарина улыбнулась:
  — Не буду, — сказала это и исчезла, применив шунпо. Гарен понял, что она сначала отойдет на расстояние, только после этого откликнется на зов Призывателей. Он еще раз вздохнул и пошел искать своих людей. Ведь у него тоже есть дела… А если быть точнее, очень много чисто формальной работы и прочей волокиты…

  — Ну ты даешь, Клинок… — удивлялся ноксианец, выслушав рассказ Катарины. После призыва она нанесла ему визит. Не обычный. Она попросилась провести у него ночь. Ибо вечер уже был поздний, и девушка не хотела отправляться в назад в Каламанду ночью… Да и день был у нее непростой, если уж на то пошло. Собственно, этот самый день она и пересказывала хозяину.
  — Единственное, чего я в толк взять не могу… — заинтересовался маг, — я понял, что строя свою логику ты решила оттолкнуться от предположения, что алиби подозреваемых истинны. Но как ты поняла, что я не убийца?
  — Когда я увидела то, чем ты занимаешься, задала два вопроса, помнишь? — спросила Катарина.
  — Угу… — кивнул он.
  — На первый – видел ли кто-то, чем ты занимаешься – ты ответил «нет». И ответил слишком уж естественно. Не поспешно, но и не с задержкой…
  — Я мог солгать.
  — Конечно, мог. Бывают люди, что очень хорошо умеют врать, и было бы глупо подобное не допускать… Вот только в этом случае вырисовывается противоречие. Будь ты таковым, почему тогда ты смог естественно солгать на первый вопрос, но не смог на второй?
  Ноксианец промолчал. Действительно, ничего из того, чего нельзя было ожидать, Катарина не спрашивала. Всего лишь два вопроса, а разница между ответами слишком уж сильно ощущалась. Причина проста: в первый раз ноксианец ответил честно, а во второй – солгал. И наемница это поняла.
  — Ты ведь не желал им смерти, правда? — серьезно спросила Катарина. — В первую очередь ей
  Ноксианец вздохнул:
  — Славная она была. Приветливая, общительная. Все говорила, что нечестно это, что я живу отдельно от остальных. И хоть я грубо себя вел по отношению к ней, она все равно хотела подружиться… Не заслужила она подобного… Если возможно, Клинок, я бы не хотел продолжать эту тему.
  Катарина даже понимала, почему… вот и перевела ее:
  — Слушай, хватит уже этого прозвища. Может, по имени меня звать будешь?
  — Имя у тебя длинное и сложное… «Клинок» как-то проще… Могу я хотя бы сократить до «Ката»?
  — Лучше, по крайней мере, чем по прозвищу… — вздохнула Катарина.
  — А ты надолго останешься?
  — Нет. И если возможно, то я хотела бы пойти отдыхать прямо сейчас. Ближе к утру тебя покину. Не беспокойся. Я тебя не потревожу.
  — Может, тогда хотя бы в одной из комнат устроишься? А то на чердаке как-то…
  — В той самой? Разрисованной? — отшутилась Катарина.
  — Да нет. Я бы мог тебе нормальную комнату предоставить. И постель расстелить…
  — Да не заморачивайся. Мне нужно-то все на несколько часов. Пока светать не начнет. А потом сразу отправлюсь. К тому же у тебя с чердака гораздо больше выходов в случае чего. Не люблю себя в угол загонять.
  — Как знаешь, — не стал спорить хозяин.
  — Что ж, — Катарина зевнула, — пойду тогда. Доброй ночи, — пожелала она. — И удачи, пожалуй, ибо сегодня-завтра мы точно уже не пересечемся.
  — И тебе, Ката… И тебе.

  Глава написана на основе патча 7.7.

  Биография чемпиона: Гарен.
  Полное имя: Гарен Краунгард.
  Прозвище: Мощь Демасии.
  Возраст: переходный тип между молодым человеком и мужчиной средних лет.
  Комплекция: высок, мускулист, хотя многие считают, что излишний объем создают доспехи.
  Мотивация вступления в Лигу: всегда ищет любую возможность сражаться за Демасию, потому является ее представителем.

«Самый эффективный способ убить противника –
прикончить его соседа и его самого одним ударом.»
(с) Гарен

  Гарен – истинный демасиец с соответствующими убеждениями и стремлениями. Он великий воин, исполнительный солдат, кроме того, храбр, порядочен и самоотвержен. Никогда не упускает возможность помочь другим. Словом, он давным-давно стал для многих примером для подражания. С другой стороны, Гарен не является чрезмерно мягким. Напротив даже, к своим врагам он безжалостен, а в бою очень жесток, что порождает крайности… а также поводы для пересуд. Гарен – хороший солдат, но во всем том, что не касается войны хотя бы косвенно, разбирается очень слабо…

  Гарен – строгий авангард. У него достаточно стойкости, чтобы сносить повреждения от группы врагов, достаточно подвижности, чтобы прорываться в тыл отряда противников, дабы настигнуть наиболее слабозащищенных, но наиболее важных из них, и достаточно боевой мощи, чтобы убить их. Даже в случае неудачи Гарену нужно лишь ненадолго отступить, что восстановить силы, а потом он может попробовать снова. Но такая универсальность одного лишь солдата идет в ущерб командной работе и более тонким тактикам: Гарен слишком уж сильно полагается на свои силы, что, безусловно, ощущается и призвавшим его Призывателям…

  Глава 5. Обманщица.

  К оглавлению

  Сеттинг

Вы можете оставить комментарий.


Оставить комментарий